Фонд Русское либеральное наследие

ТОЛСТОЙ ПЕТР ПЕТРОВИЧ
25.04.2006

ТОЛСТОЙ ПЕТР ПЕТРОВИЧ

Еще недавно я практически ничего не знал о своих удивительных родственниках – графах Толстых. Нить, связывающая поколения, в годы Советской власти была прервана. Архивы скрыли «за семью печатями» уникальные документы, а интересоваться предками далеко не пролетарского происхождения было опасно. Ради покоя своих близких «счастливые советские люди» старались забыть свои корни. Сегодня общество выходит из состояния амнезии, но зачастую восстановить утраченное удается лишь частично, и мы по крупицам собираем так необходимые нам сведения.

Несколько последних лет моя тетя, Ольга Александровна Толстая, работала в московских и уфимских архивах. А натолкнула ее на поиски статья историка из нашего города Андрея Егорова «Уфимские заложники» («Башкирский край», Уфа, 1994-1996, вып. 5-6) и давнее желание узнать побольше о своем дедушке – графе Петре Петровиче Толстом и его родственниках. И теперь я горжусь тем, что родная сестра моей мамы, О. А. Толстая, принадлежит к роду графов Толстых, людей потрясающей судьбы, приумноживших гордость и славу России. Петр Петрович Толстой родился в Симбирске 26 августа 1870 г. Отец его – штаб ротмистр, граф Петр Николаевич Толстой. Мать – Екатерина Александровна Толстая (урожденная Языкова). Будущую жену графа Толстого – бабушку моей тети – также звали Екатериной Александровной Толстой (урожденной Надежди-ной). Граф Петр Петрович приходится троюродным внуком Льва Николаевича Толстого.

Моей тете, Ольге Александровне Толстой, в Москве, в Российском историческом архиве, попал в руки уникальный документ «Воспоминания Дмитрия Михайловича Андреева» о годах учебы в Симбирской гимназии. Несколько их страниц посвящены ее деду, Петру Толстому, а также Владимиру Ульянову (Ленину). «Мы решили издавать свой журнал по примеру лицейского журнала, издававшегося Пушкиным и его товарищами. У нас образовалось крепкое ядро постоянных сотрудников, с которыми работа над журналом очень сблизила. Журнал назывался то ли "Заря", то ли "Знамя". Писали мы в нем рассказы, статьи и стихи. Такими были Толстой, Коринфский, Лавров и Ушаков. Вдохновителем журнала был Володя Ульянов. Петр Толстой был нашим общим любимцем. Большой озорник и очень веселый, он обладал исключительной способностью к рисованию и всегда иллюстрировал наш журнал. Кроме способностей к рисованию, у Толстого был приятный голос и он был запевалой, когда мы пели хоровые песни».

После окончания Симбирской гимназии, Петр Петрович Толстой окончил физико-математический факультет Московского Университета. Потом, в нем же, прослушал курс юридических наук, а позднее окончил еще и Лейпцигскую академию. После университета Петр Петрович некоторое время жил в селе Языково Уфимской губернии – в родовом имении его матери Екатерины Александровны, урожденной Языковой.

Граф П.П.Толстой два трехлетия избирался гласным Тетюшского уездного земства Казанской губернии; с 1903 г. состоял гласным Уфимского уездного и губернского земства, был членом губернской земской управы, почетным мировым судьей Уфимского уезда. Весной 1906 г. граф Петр Петрович Толстой был избран депутатом Первой Государственной Думы от Уфимской губернии. В 1907 г. за подписание «Выборгского воззвания» был лишен избирательных прав и был приговорен к трехмесячному заключению. В 1907 г., лишенный права избираться на общественные должности, он стал основателем и негласным редактором газеты «Вестник Уфы».

…В январе 2003 г. в Уфе вышел первый номер историко-краеведческого альманаха «Уфимская жизнь». Новое издание обязано своим названием прародительнице – газете «Уфимская жизнь», издаваемой в 1915-1919 гг. графом Петром Петровичем Толстым. В годы первой мировой войны и революции, в обстановке ужасающего разгула и повального одичания, в атмосфере страшнейшего террора и массового психоза «Уфимская жизнь» неизменно оставалась на страже интересов гибнущей государственности и попираемых основ законности, права и порядка.

После Февральской революции граф П.П. Толстой вернулся к активной политическую работе, являясь председателем Уфимского губернского комитета кадетской партии кадетов и будучи избранным (после восстановления в правах) членом Уфимской городской Думы.

После Октябрьского восстания П.П. Толстой обвинил большевиков в узурпации власти, за что в результате и пострадал. 1 ноября 1917 г. губернский Ревком ввел предварительную цензуру на все выходящие в Уфе издания. Тяжелый удар был нанесен, прежде всего по таким демократическим газетам, как «Уфимская жизнь» и «Уфимский вестник», объявленных «рупорами контрреволюции».

Конец графа Петра Петровича Толстого был трагичен. Его, вместе с другими видными общественными и политическими деятелями, взяли в заложники большевики, поместили на баржу и ночью 8 июля 1918 г. зверски убили на реке Каме у Николо-Березовки.

Вот как это было. Решение об аресте заложников было принято четвертым сьездом Советов Уфимской губернии (1-4 июня 1918 г.). В соответствии с секретны-ми циркулярами из Москвы, местные совдепы, в случае приближения белогвардейцев, должны были эвакуировать большевиков и их семьи и вывезти (в крайнем случае – уничтожить) деньги, оружие, товары, продовольствие. Для этого предписывалось брать заложников, которые своей жизнью должны были обеспечить безопасность отступающих. К аресту было намечено около 200 человек – общественных и политических деятелей, офицеров. «Когда большевикам стало ясно, – пишет Андрей Егоров в статье "Уфимские заложники", – что у них остался только один путь к отступлению – вниз по реке Белой, они приняли решение поместить заложников на барже № 4 и эвакуировать из Уфы вместе со спешно нагружавшимся на баржи и пароходы имуществом. Кстати, среди бумаг "чрезвычайки" были обнаружены документы, свидетельствующие о том, что накануне прибытия уфимской баржи в город Сарапул, Сарапульской ЧК было заказано гробовщику 30 гробов. От одного из сарапульцев, посаженных в камеру к уфимцам, заложники узнали, что большевики пообещали «покупаться в буржуазной крови»…».

«Несмотря на тяжелые условия и постоянную угрозу расправы, жизнь заложников на барже упорядочилась, – вспоминает А. Успенский, один из спасшихся с "баржи смерти" заложников. – Старостой для переговоров с конвоем о нуждах заключенных, группа заложников выбрала Петра Толстого, лидера уфимских кадетов, известного либерала. Остальные обитатели трюма №2 молча одобрили это избрание. Толстой оказался достаточно деловым «хозяйственником» и способным дипломатом. Ему удавалось несколько раз успешно улаживать конфликты с конвоем. Курьезно было наблюдать, как Петр Петрович Толстой, обращаясь к какому-нибудь хулигану, одетому в красногвардейскую куртку, называл его "товарищ". "Ну, товарищ, нельзя же так строго… да и Зырянов разрешил это…". И обыкновенно попетушившийся дружинник смягчался и уступал П.П. Толстому при такого рода переговорах. "Известно, кадет, дипломат и соглашатель, сторонник компромисса!" – шутили мы, эсеры, кивая в сторону Толстого… Религиозные из нас читали Евангелие, акафисты и другие церковные книги. Толстой читал по высшей математике и решал задачи из нее. Около 21 часа 6 июля П. Толстого вызвали на допрос, заподозрив заложников в попытке к бегству. В трюме около часа ночи 8 июля начался обыск. Минуты томительного ожидания… Стали вызывать по одному. Через две-три минуты открылся снова люк: "Толстой Петр!". Ушел медленной поступью Толстой… В ту роковую ночь увели 10 человек…». Случайные свидетели расправы с заложниками рассказывали, что чекисты убивали их по очереди – топорами, ружьями и молотками… Экзекуция продолжалась всю ночь. Трупы замученных бросали в Каму.

Моя тетя, внучка Петра Петровича Толстого, Ольга Александровна Толстая, надеется, что у Николо-Березовки – места зверской расправы с уфимскими заложниками, – встанет стела, на которой будут высечены их имена…

Жена графа П.П. Толстого, графиня Екатерина Александровна Толстая, приходится бабушкой моей родной тете О.А. Толстой. Эта маленькая, хрупкая женщина с непоколебимой волей справедливости, с истинно-дворянским благородством, поражает своей судьбой не меньше своего мужа. Сама она была образованнейшим человеком. Выпускница уфимской Мариинской гимназии, окончила затем Московскую консерваторию, как пианистка, а потом Сорбонну – знаменитый на весь мир Парижский Университет. В совершенстве знала восемь языков. Объездила много стран, занималась общественной деятельностью. Имела прекрасный голос, обучала учеников по классу рояля. Принимала активное участие в музыкальной и культурной жизни Уфы. Была действительным членом Уфимского общества любителей пения, музыки и драматического искусства, выступала в спектаклях и концертах, долгие годы преподавала в Уфимской музыкальной школе №1(ныне им. Н. Сабитова).

Екатерина Александровна Толстая вела переписку с великими Улановой, Андрониковым и многими, многими другими. Была знакома с Надеждой Константиновной Крупской. Когда с мужем, П.П. Толстым, случилось несчастье, мужественная графиня отважилась написать письмо самому Ленину: «Владимир Ильич! Вам пишет гражданка города Уфы – Екатерина Александровна Толстая. Цель моего письма – желание получить сведения о муже – заложнике Петре Петровиче Толстом. Когда-то Вы, Владимир Ильич, вместе с ним учились в Симбирской гимназии, хотя Петр Толстой был моложе Вас классом, но брат мужа Владимир Петрович Толстой – Ваш одноклассник. Он рассказывал нам много страничек из Вашей школьной жизни. Узнали мы, что Вы были первым учеником и, несмотря на это, были любимы классом. Не считали Вас сухарем: Вы всегда охотно делились своими знаниями с товарищами-мальчуганами. Но прошло детство и юность. Далеко Симбирск, Волга, цветущие вишневые и яблоневые сады и беззаботные времена… 17 июня 1917 года мужа моего увезли из Уфы в качестве заложника, с тех пор я не имею никаких сведений о Петре Петровиче. Не буду говорить Вам о том мучительном, тяжелом моральном состоянии, в котором я и мои дети (мальчики семи и пяти лет), а также и семьи остальных товарищей мужа, живем этот год! Сейчас я пишу Вам, Владимир Ильич, в надежде через Вас получить весточку о моем муже и его товарищах. Вам, конечно, удастся получить исчерпывающие сведения о судьбе Петра Петровича Толстого и его товарищей-заложников. Дайте, пожалуйста, возможность мужу и остальным уфимцам написать нам – женам – хотя бы по строчке. Я все надеюсь на то, что все они живы! Мне верится, что это письмо дойдет до Вас, Владимир Ильич. Вспомните тогда Симбирскую гимназию, коллегу Толстого, аромат симбирских садов, вольный воздух Волги, и дайте возможность семье Толстого и его товарищам вздохнуть полной грудью и стряхнуть с души тяжелое бремя томительного неведения! Думаю, что не надо говорить Вам о том, как тепло поблагодарим Вас все мы, получив весточку от дорогих нам людей! А, может быть… может быть, благодаря Вам, Владимир Ильич, нас ждет еще большее счастье свидания с ними?. Екатерина Толстая.»

Из «Биографической хроники» В.И. Ленина: «Первая половина июня 1919 го-да. Ленин читает письмо Е.А. Толстой из Уфы с просьбой сообщить сведения о ее муже; после наведения справок делает на письме пометку: "в архив"…». – То ли не придал письму особого значения, то ли знал… Скорее всего знал! Об этом свидетельствуют и воспоминания Надежды Константиновны Крупской, отмечавшей «гуманное отношение к ссыльным со стороны известного земца-кадета Толстого, который, будучи земским деятелем, помог многим из ссыльных устроиться на службе в земстве (по статистике, страховому делу, агрономии и т.д.)». «Владимир Ильич и я, – писала Крупская, – были очень огорчены, узнав о самочинном расстреле Толстого летом 1918 года на Каме конвоем».

Мои бабушка, тетя и мама всегда рассказывают о Екатерине Александровне Толстой с придыханием. Они все ее обожали, также как и два сына Толстых – Петр и Александр (Путяша и Шураша, как звали детей в графском доме). После гибели графа, графиня осталась в 35 лет с двумя маленькими сыновьями на руках. Она всю жизнь была верна памяти мужа и воспитала детей достойными людьми.

Старший сын, названный в честь отца Петром Петровичем, прожил всю жизнь вместе с матерью – графиней Екатериной Александровной Толстой. Инженер-строитель по специальности, он очень любил свою работу. Когда Петра исключили из Ленинградского архитектурно-строительного института из-за социального происхождения, Н.К. Крупская, по просьбе его матери, прислала в институт благожелательный отзыв о семье Толстых. Это помогло старшему сыну графов Толстых закончить институт. У него не было своих детей, но он воспитал шесть неродных детей, всю жизнь помогал матери и всячески поддерживал ее, обожал свою единственную племянницу и единственную внучку графов Толстых (мою родную тетю) Ольгу Александровну Толстую. Умер Петр Петрович Толстой в 1985 г. Младший сын, Александр Петрович Толстой, первый муж моей родной бабушки и отец моей тети, имея бронь, ушел в 1942 г. на войну и пропал без вести. Его жене, моей бабушке, Вере Петровне, было тогда всего 24 года, а их дочке Ольге (внучке графов) только исполнилось 3 годика. Екатерина Александровна до самой своей кончины не верила, что Саша погиб, даже от денег за него отказалась, сказав: «я за кровь сына деньги получать не буду», ставила ему в церкви свечи за здравие, а не за упокой. После смерти графини Е.А. Толстой в 1968 г. под подушкой у нее нашли узелок с двумя почетными грамотами и Сашиной фотографией, где он стоит под Красным знаменем и дает Родине присягу.

Екатерина Александровна обожала свою единственную внучку – мою тетю, Ольгу Александровну Толстую. Сразу же после ее рождения, завещала ей Беккеровский рояль. Теперь на этом рояле с удовольствием играют правнуки графов Толстых – Александр и Екатерина. А еще у Ольги Александровны хранятся, в память о бабушке и дедушке, фамильный кубок из кокосового ореха с портретами императора Петра I и императриц Елизаветы и Екатерины II, а также старинная, так называемая «Степенная книга, или История родов Российского дворянства» – в ней изображение графского герба Толстых и история их рода.

Моей родной бабушке – невестке графов Толстых, матери их единственной внучки, Вере Петровне в этом году исполняется 86 лет. Она всю жизнь проработала врачом. Мы живем вместе c ней и очень ее любим. Моя родная тетя, Ольга Александровна Толстая, живет в Москве, имеет двух детей и двух внуков – потомков Толстых. Этим летом она гостила у нас и вместе с моей мамой они готовили материалы к печати материалы о графе П.П. Толстом, собранные за несколько лет в московских и уфимских архивах. Навестили мы вместе с мамой, тетей и бабушкой могилы графини Е.А. Толстой и ее старшего сына П.П. Толстого. А 8 июля, в день памяти о трагической гибели графа Петра Петровича Толстого, мы ездили в Языково – родовое имение его матери. Там до сих пор сохранился сад на месте графского дома. Мы передали материалы и фотографии в дар Языковскому музею.

5 декабря 2002 г. исполнилось 120 лет со дня рождения графини Екатерины Александровны Толстой (она умерла в 1968 г.). Ее муж, депутат Первой Государственной думы граф Петр Петрович Толстой, был старше графини на 12 лет. Мир праху потомков знаменитого рода Толстых, давших России и миру выдающихся деятелей культуры и политики!

Евгений Баязитов (Уфа)

Вернуться в раздел